Читаем Мика Купера. Проходим Лэйнга.

Человек, так сильно недополучивший любви в детстве и так жаждущий её всю свою жизнь. Человек-революционер, который не был таким уж и революционером. Он отчаянно пытался напомнить всем, что другой человек — это в первую очередь человек, а не вещь. И что человек всегда находится в своём мире, который никогда не совпадает с миром другого.

Просто вдуматься в эту идею: «пациент [всегда] вводит в ситуацию лечения свою экзистенцию, всё своё бытие-в-мире».

Мы автоматически достраиваем мир человека наподобие своего мира — того мира, которым мы его видим. Но так тяжело не просто увидеть, а поверить, что мир другого человека — другой. И всё, что он, как нам кажется, делает несуразное и нелогичное, оказывается суразным и логичным, если применить координаты его мира, его жизненной ситуации.

Молодая женщина, часами замирающая в кататоническом ступоре. Просто симптом шизофрении?

Но

«…когда её спросили, что бы она сделала, если бы её мать, властная и инфантилизирующая женщина, высказала мнение, с которым она сама не согласна, но впоследствии сочла бы его правильным, девушка ответила, что она замрёт и окаменеет изнутри, чтобы никто не смог «до неё добраться» и изменить её мнение… поведение и «симптомы» этой молодой женщины были разумны: они были чем-то большим, нежели просто случайными проявлениями безумного возбуждения».

Это была попытка защититься. Защитить своё хрупкое «я».

И вот как Мик Купер резюмирует терапевтический принцип, установку Лэйнга:

«предполагай разумность, пока не доказано обратное» — в противоположность установке «предполагай неразумность, пока не доказано обратное».

Иными словами, терапевты должны стараться вступать в контакт со своими клиентами, сохраняя базовое доверие к тому, что поведение и переживания клиента являются его осмысленными попытками справиться со своим миром, а не патологическими или иррациональными сбоями функционирования.

Легко сказать. Очень сложно воплотить.

Ведь в глубине души закрадывается мысль о неправоте клиента.

Мик Купер приводит пример из своей практики:

«Моё первоначальное устремление заключалось в том, чтобы искать, в чём именно этот клиент неправ, и только попытавшись вынести за скобки свои допущения, я смог начать понимать смысл, стоящий за его поведением и чувствами. Более того, я дошёл до той точки, где искренне почувствовал, что не знаю, как для него поступить лучше всего. Это, пожалуй, стало хорошим показателем того, что я действительно вошёл в его проживаемый мир».